Лунное дерево

Ещё одна индейская легенда о происхождении дерева Каʹá.
Однажды ночью два охотника, возвращаясь домой, услышали плач, доносившийся из глубины леса.

— Это филин Ннякурутý — сказал один из охотников.

Другой же оставил своего товарища и углубился в лес. Деревья погружали дорогу в полную темноту, и мужчина шёл ощупью на плач, который слышался всё ближе. Вдруг, Ясú, Луна, пробилась меж ветвей и белым своим пальцем показала место. Здесь, освещённый лучом лунного света, лежал младенец. Мужчина взял крошку на руки и вернулся с ним к своему племени, где передал мальчика на воспитание женщинам. Отныне тот рос с другими детьми, учась ходить и разговаривать. Поскольку он был намного белее других, его так и назвали Моротú. *Что на аванняʹэ, языке индейцев гуаранú, значит «белый».

Все любили Моротú. И он не сидел тихоней: бегал туда-сюда, плавал с рыбаками на каноэ, собирал хворост для очага, наблюдал за гончаром, запуская свои пальчики в глину. Но ночью, когда выходила Луна, Моротú замирал, как заворожённый. В то время как другие дети спали в своих гамаках, Моротú проводил ночь без сна, будучи не в силах отвести своих глаз от белой Луны. Однажды ночью Моротú, которому было ещё пять, только, лет, исчез. Дети и женщины, старики и охотники искали его повсюду, но не находили. А на заре он вернулся усталый, и с волос его стекала вода.

— Где же ты был, Моротú? — спросили его старики.

— На реке, — ответил он —. Луна плавала в воде, и я хотел её поймать. Но она всё время уходила от меня.

Шло время. Моротú подрастал. Когда ему исполнилось пятнадцать, он уже умел построить шалаш из веток и соломы, даже, в бурю управлялся с каноэ и владел луком, как лучший из охотников. Был он юношей высоким и сильным. И, вот, Моротú построил шалаш и остался внутри дожидаться ночи.

Прошли часы. Ясú-Луна показала свой лик на Небе и пролила мерцающий свет на Землю. И лучик света быстренько нашёл открытую дверь — дверь шалаша Моротú — вошёл в неё и заполнил всё собою. Моротú засмеялся. Наконец, он поймал Ясú! Наконец-то, Луна была в его шалаше! И уже навсегда! Моротú быстро захлопнул дверь, и… внутри шалаша стало темно, а Луна осталась снаружи! Тогда и Моротú вышел наружу и пошёл на реку искать путь, который привёл бы его к Ясú.

Но не было пути ни по воде, ни по земле, который бы привёл его туда, где сиял Её прекрасный лик. Шли долгие дни. Моротú всё блуждал и блуждал в своих поисках. Наконец, у него появилось желание снова увидеть людей своего племени, и он вернулся, белый и молчаливый, как никогда. Однажды ночью Моротú увидел свет на траве. То были следы ног Ясú. Они мерцали каплями света и вели его в темноте. И скоро в ясном свете Моротú увидел Её. Увидел Луну, обернувшуюся белокурой бледной красавицей, под руку с другою белой девушкой, с Араú, Розовым Облачком Рассвета. Моротú последовал за ними, прячась за стволы деревьев и высокую траву. Но, вдруг, откуда ни возьмись, ягуар набросился на девушек. Как молния выскочил из своего укрытия Моротú, схватился со зверем, и победил. Затем он упал на колени к ногам Ясú и взмолил:

— Возьми меня с собою!

И Луна взяла его за руку, и они вместе поднялись на Небо.

Гуляя с Луной меж звёзд, Моротú старался не наступать на маленькие звёздочки и не шевелить с места большие. Так, в ночной вышине прошло долгое время, в течение которого Моротú не вспоминал о своём племени. Но, как-то, ветерок донёс до него запах леса, и запах реки, и Моротú вспомнил всё. И уже не был так счастлив. Тогда Ясú-Луна сказала ему:

— Возвращайся на Землю, Моротú, и служи своим братьям. Я же тебя никогда не оставлю.

Луна превратила Моротú в дерево Каʹá. *Так зовётся Пáдуб Парагвайский на аванняʹэ. Листья дерева Каʹá обладали волшебной способностью дарить силу и радость человеку. И племя Моротú, и другие племена отныне могли воспользоваться этим Даром, потому что дерево Каʹá разрослось по всей Америке.

Спрятавшись в дереве, живёт Моротú. И ночью нежный свет льётся в его крону. Это белые пальчики Луны ласкают зелёную шевелюру Моротú.

Перевёл с испанского Максимилиан Трёшкин

Хозяйка дерева Каá

Вот, что рассказывает легенда индейцев гуарани о происхождении дерева Ка’а, Падуба Парагвайского, листья которого с незапамятных времён используются ими для приготовления «травы» мате.

Долго c тёмного неба смотрела Ясú-Луна на густые леса, которыми Тупá, могущественный Бог гуаранú, окутал Землю. Её ясные глаза разглядывали нежную травку в расщелинах, высокие деревья, в светлую ночь бросавшие длинные тени, реки, мерцавшие в тихом свете, и её желание спуститься в лес разгоралось всё сильнее. Наконец, она позвала Араú, Розовое Облачко Рассвета, и спросила:

— Хочешь спуститься со мною на Землю?

Араú, нежная подружка Луны, была смущена её странным желанием. Но Ясú продолжала настаивать:

— Ну же! Идём со мной, Араú! Завтра в полдень оставим синее небо и спустимся в лес меж высоких деревьев.
— Но все узнают об этом! Наступит ночь, и заметят твоё отсутствие!

Ясú улыбалась, а глаза её светились насмешливо.

— Только тучи, твои сёстры, будут знать об этом. Я попрошу их, чтобы они сбежались и затянули всё небо, и никто ничего не узнает.

Эти слова Ясú убедили её подружку, и назавтра в полдень две чудесные барышни уже гуляли по лесу, между тем, как чёрные тяжёлые тучи грозили Земле бурей. Ясú с восторгом рассматривала деревья, дарившие свои душистые плоды, их шептавшиеся на ветру ветви и зелень листвы, белеющую при её приближении. Ясú чувствовала под босыми ногами влажную нежность травы и видела отражение своего прекрасного лика в глубоких речных водах. Ясú и Араú были счастливы своей прогулкой по лесу, но уже начинали уставать. Смеркалось. Они двигались по лесу почти в темноте, оставляя на своём пути светящиеся тени. Вдали, на лесной поляне они заметили полуразвалившуюся хижину и направились к ней в надежде найти там место для отдыха. Хотя, они и были божественными существами, здесь, в образе простых девушек, они чувствовали усталость. Но, вдруг… Чу! Их острый слух уловил едва уловимый хруст сломанной ветки. Ясú повернула сияющий свой лик в ту сторону, откуда донёсся звук, и высветила молодого ягуара, как раз, в тот миг, когда он уже бросился на них. Неожиданный яркий свет ослепил его. А у девушек не было времени, чтобы оставить человеческие тела; они успели, только, отскочить в сторону, и ягуар пролетел мимо. Тут они заметили мужчину, уже пожилого, но со сноровкой опытного охотника, который пришёл к ним на помощь и вступил в схватку с ягуаром. Лес, видимо, хотел подарить девушкам последнее и единственное в своём роде приключение. Этот человек умел уклоняться от когтей ягуара, не забывая в то же время ловко орудовать своим ножом и не оставляя никакой надежды животному. Вот, мужчина в последний раз бросился на ягуара, занёс над ним нож, и голова ягуара отлетела в сторону. Похоже, что вся сила молодости вернулась в его мощные руки. Но когда ягуар был уже мёртв, они в изнеможении повисли вдоль тела, хотя он всё ещё с силой сжимал свой окровавленный нож. Переведя дыхание, он повернулся к девушкам.

— Теперь нечего бояться — сказал он им —. А сейчас, красавицы, я приглашаю Вас посетить мою скромную хижину и отдохнуть там.

Ясú и её подружка с удовольствием приняли приглашение, вместе с тем похвалив мужчину за силу и ловкость, проявленные им в поединке, и последовав за ним, вошли в хижину.

— Присаживайтесь на циновки, а я позову мою жену и дочь, чтобы пришли поухаживать за Вами — сказал старик и вышел.

Девушки, оставшись одни, смущённо оглядывались по сторонам, не будучи в состоянии вымолвить ни слова. Всё вокруг было в жалком, полуразрушенном состоянии, и вызывало бы сочувствие уже, если бы, только, один мужчина жил здесь, но каковó же было их удивление, когда они узнали, что ещё две женщины живут вместе с ним! Приключение начинало принимать неожиданные повороты. Но у них не было времени поговорить, потому что две женщины, два нежных создания, вошли туда, где их ждали.

— Пришли поделиться нашей бедностью — сказала жена старика.

Но Ясú и Араú, хотя, и слушали женщину, смотрели, как заворожённые, на прекрасную девушку, которая робко стояла перед ними.

— Не утруждайте себя — сказала, наконец, Ясú, придя в себя —. Мы будем благодарны Вам и за самую малость, какою Вы можете поделиться с нами, потому что мы путешествуем по лесу с полудня и не так проголодались, сколько утомились.

Девочка поспешила на кухню, откуда принесла несколько маисовых лепёшек, хранившихся под осветительной лучиной, и потому всё ещё тёплых и мягких. Но то, чего девушки сейчас не знали, поскольку в человеческом теле они утратили некоторые из своих божественных способностей, было то, что эти вкусные маисовые лепёшки были приготовлены из последней муки, которая оставалась у хозяев. Довольно долго супружеская чета с дочерью наводили порядок в коморке, стараясь сделать её более приятной для гостей, а Ясú всё не покидали мысли об услышанном. Ей казалось таким неестественным то, что эти люди жили здесь, оторванные от других и предоставленные всем опасностям жизни в лесу. Она начинала думать, что во всём этом, должно быть, кроется какая-то тайна. И не в силах более сдерживать себя, Ясú принялась расспрашивать старика, заботясь о том, чтобы её слова не выдали предмета её истинного любопытства:

— Есть другая хижина поблизости?
— Нет —ответил старик —, мы живём здесь совершенно уединённо. Поблизости нет другого жилья.

— И не страшно Вам жить в таком одиночестве?

Но старик умел молчать и отвечал на вопросы уклончиво:

— Нет-нет, не страшно. Мы пришли сюда, чтобы жить так, как нам нравится.

После этого он встал и, не забывая о вежливости, сказал:

— Не хотел бы докучать тому, кто находит приют под нашей крышей. И Тупá смотрит с неудовольствием на тех, кто не оказывает гостеприимства своим ближним. Поэтому оставляем Вас отдохнуть то время, что осталось от ночи. Завтра, если Вы хотите выйти из лесу, я провожу Вас до безопасного места.

И, сказав это, удалился, сопровождаемый женой и своей прекрасной дочерью. Когда Ясú осталась одна с Араú, она позволила свету, который сдерживала до этого внутри, чтобы не выдать себя, пока они были с мужчиной, осветить всё вокруг, и услышала голос Араú:

— И что будем делать сейчас, Ясú? Вернёмся домой и оставим этих добрых людей думать, что наша встреча им приснилась?

Ясú решительно помотала головой:

— Нет-нет, Араú. Мне очень любопытно, почему они забрались в такую глушь и заперли здесь свою прекрасную девочку. И, если не добьёмся того, чтобы нам сказали правду, грош — цена нашей божественной силе. Подождём до завтра.

Араú чувствовала не угасавшее любопытство Ясú и, поскольку была подругой Бледной Богини, сочувствовала её желанию, хотя, и не была в восторге от необходимости провести ночь в полуразрушенной хижине. Рассвело, и Ясú сообщила старику, что настало время уходить.

— Надеемся — сказала она ему —, Вы проводите нас до опушки леса, как обещали?

Но не было нужды напоминать ему о данном обещании, потому что, как человек не только гостеприимный, но и честный, он уже был в их распоряжении. Вышли жена с дочерью, чтобы попрощаться с барышнями-авантюристками, собравшимися в обратный путь. Попрощались. Когда они отошли от лесной поляны, где стояла хижина, Ясú попыталась употребить всю свою хитрость, чтобы выведать у сопровождающего правду. Но старик раньше почувствовал желание девушки и, объясняя себе это желание естественным её любопытством, решил удовлетворить его и сказал:

— Милая барышня, вижу, что Вам хочется знать причину, почему я забрался в эту глушь, где живу с моими женой и дочерью. Не думайте, что для этого у меня была какая-нибудь нехорошая причина.

Ясú, которая уже обрадовалась, было, первым словам старика, забеспокоилась о том, продолжит ли он начатый рассказ, когда тот сделал продолжительную паузу. Тогда Араú, Розовое Облачко, сделала попытку помочь своей подруге удовлетворить её любопытство и спросила:

— И давно уже Вы живёте в лесу?
— Да, достаточно давно. И я не могу пожаловаться на одиночество, потому что оно дало мне покой, который я уже начинал терять, живя среди соплеменников.

И старик, уже настроенный на доверительный тон, рассказал девушкам, почему он удалился в лес, где жил в скромной хижине, где они только что побывали. В молодые годы он жил с соплеменниками. Его племя было одним из многих, живущих вблизи больших рек и промышлявших войной и охотой. Там он и встретил ту, которая стала его женой. Радости его не было границ в тот день, когда у него родилась дочь, девочка редкой красоты, что наполняло сердца родителей благоговением и восторгом. Но радость отца сменилась озабоченностью, возраставшей по мере взросления девочки, которая была столь невинна, столь чиста и чужда всякого зла, что отец её начал бояться того дня, когда она потеряет эти прекрасные качества. Мало помалу беспокойство, неуверенность и страх так завладели душой мужчины, что он решил удалиться от людей, чтобы его дочь в уединении смогла сохранить те достоинства, которыми Тупá так щедро наделил её.

— Оставил всё, что не было необходимо для жизни в лесу — продолжал свой рассказ старик — и, не сказав никому ни слова о том, куда собрался, бежал, как преследуемый олень, в уединение. С тех пор живу здесь. Только любовь к моей дочери могла побудить меня на это, можно сказать, сумасшествие. Но я счастлив, потому что теперь спокоен за дочь.

Старик замолчал, и ни одна из двух девушек не знала, что ответить. Ясú, увидав, что опушка леса уже рядом, предложила попрощаться, пообещав раньше, что они никому не расскажут об этой встрече. Старик не стал спорить, и как только Ясú и Араú остались вдвоём, они скинули с себя человеческое обличье и поднялись на Небеса. Прошло несколько дней, в течение которых бледная богиня всё не могла никак забыть своего приключения и, особенно, эту встречу в лесу. И наблюдая за старым индейцем из своей выси, она поняла цену его гостеприимства, потому что заметила, маисовые лепёшки, которые так любят в индейских племенах, больше не появлялись на их столе; те, которыми они угостили девушек, были, видимо, последними. И она решила снова поговорить с Араú и рассказала ей об увиденном.

— Я думаю —сказала сияющая Розовое Облачко —, мы должны вознаградить этих людей. Что ты на это скажешь, Ясú?
— И я о том же думаю, и, как раз, об этом хотела поговорить с тобой. И мы должны сделать так — коли уж, старик настолько любит свою дочь —, чтобы наш подарок перепал девушке.

— Это ты хорошо придумала, Ясú. Он был так гостеприимен! А ты знаешь, как Тупá радуется, когда встречает подобных людей, и мы тоже должны это как-то отметить.

С этого дня юные богини принялись с усердием искать достойное вознаграждение для старика. Наконец, они придумали что-то действительно необычное, и принялись втайне осуществлять свой замысел. Для этого в одну ночь они наслали на обитателей лесной хижины глубокий сон, и, пока те спали, Ясú в облике белой барышни спустилась на лесную поляну и посадила небесные семена перед входом в хижину. После этого вернулась домой и с тёмного неба ярко осветила это место. Араú же, в свою очередь, пролила над ним мягкий, тёплый дождь, который напоил и сделал мягкой землю. Настало утро, и Ясú скрылась в лучах яркого Солнца, но её дело было закончено. Перед хижиной выросли маленькие деревца неизвестного вида, чьи белые прижатые цветочки робко выглядывали из тёмной зелени листьев. Когда старый индеец отряхнулся от глубокого сна и вышел из хижины, собираясь пойти в лес, он был поражён чудом, открывшимся его взору. Он замер в дверях, силясь понять, что же произошло, пока, наконец, не понял, что глаза его и разум больше не служат ему. Тогда он позвал жену и дочь, и когда они уже втроём с восторгом смотрели на это чудо, нечто большее, произошло перед их глазами и заставило их пасть коленями на сырую землю. Облака, которые до этого порознь путешествовали по яркому небу, вдруг сгустились, стали тёмными, и белейшее светящееся существо спустилось к ним. Ясú в облике уже знакомой девушки улыбнулась им доверительно.

— Не бойтесь! — сказала она им —. Я — Богиня Луны, и пришла, чтобы вознаградить Вас за вашу доброту. Это деревце – вид пáдуба. Оно останется навсегда для Вас и для всех людей, живущих на Земле, символом Дружбы. И Ваша дочь будет жить вечно и никогда не потеряет ни своей невинности, ни доброты своего сердца. Она станет Хозяйкой дерева Каʹá.

Затем Ясú подняла их с колен и научила, как нужно сушить листья чудесного Дерева и готовить волшебный напиток из высушенных листьев.

Прошли годы, и старой супружеской чете пришло время умереть. Их дочь исполнила все положенные обряды и исчезла с лица Земли. И с тех пор, время от времени, она показывается в зарослях дерева Каʹá в облике прекрасной белой девушки, в глазах которой отражаются невинность и чистота Сердца.

Перевод с испанского Максимилиана Трёшкина